• ru
  • en

Моя одиссея ожирения

Перевод с Curvage

Моя одиссея ожирения
(How I got so fat)

Привет, меня зовут Элла, и вот моя одиссея, как это я так разжирела.
Трудно поверить, что всего несколько лет назад я была барышней вполне обычных габаритов. В школе — да, была пухляшкой, но округлости находились как раз в правильных местах и внимание привлекали сугубо в положительном ключе. Бедра и ягодицы чуток побольше обычного, а зачатки животика я усиленно скрывала. Тогда во мне было килограммов семьдесят или около того, многовато при росте метр пятьдесят девять, я считала, что надо похудеть, а то мальчики любить не будут — хотя они-то как раз очень даже делали стойку на мой бюст четвертого размера, которым я заслуженно гордилась.
Вскоре после школы устроилась секретаршей в небольшую контору. Не бог весть какая интересная работа, но платили хорошо. Я волновалась, что на сидячей работе начну набирать вес, и начала плотно следить за своим рационом и по выходным бегала играть с подружками в нетболл. План работал, и за пару лет я практически не поправилась… но тут грянул Ковид-19, весь спорт пошел прахом, а сотрудников контора в принудительном порядке перевела на удаленку "сидите дома". Я и села, куда деваться… расслабилась — и набрала на этом карантине килограммов десять. Сейчас, конечно, оно кажется мелочью, но тогда я готова была провалиться сквозь землю от отвращения к себе — как так я позволила себе распуститься!
Изобрели вакцину, жизнь вернулась в прежнюю колею. Мне не терпелось снова прошвырнуться по барам-дискотекам, потанцевать-потусоваться и подцепить там классного парня хотя бы на вечер… Но я впервые в жизни оказалась в когорте "толстух" и не была уверена, что вообще хочу выходить в люди. Позволила подружкам себя уговорить, сперва нервничала, но после пары кружечек настроение поднялось, и вот я уже, почти уверенная в себе, вышла на танцпол — и судьба поднесла мне потрясающий сюрприз, столкнув с парнем моей мечты, который сразу пригласил меня на медляк. Высокий, крепкий, а от его улыбки я растеклась лужицей, а в голове билось: что такой красавчик нашел в такой корове, как я? Мы танцевали целую вечность, а потом, спустя еще несколько стаканчивов, мы оказались в его апартаментах, и последующее стало сплошной феерией ощущений. В постели он оказался даже лучше, чем я воображала в мечтах своих, и уж конечно, куда лучще, чем те немногие мои бывшие со школьных и послешкольных времен, кого я все же допустила к телу.
Мы продолжали встречаться еще несколько недель, получше узнавая друг друга. Звали его Ник, он был совладельцем успешного бизнеса и обладателем неплохого состояньица после рано умерших родителей. Богатенький Буратино! Так что свидания наши часто проходили в первоклассных ресторациях, готвили там потрясающе, а выбор блюд был совершенно безбрежным. Недели через три после той первой ночи я уже земли под ногами не чуяла — таких потрясающих, заботливых и невероятных парней просто не бывает! За всем этим я напрочь забыла блюсти фигуру… и продолжала набирать вес. Обнаружила это в один прекрасный вечер, перед встречей с Ником, на которую решила прибыть при полном параде, в новом платье, купленном всего две недели назад… и не смогла в него влезть! Тут-то меня и накрыло, я разрыдалась — дура, у тебя такой парень, а ты рот не можешь закрыть и жиреешь! Вслипывая, позвонила Нику, втайне надеясь, что он даст мне шанс похудеть, не бросая меня вот так вот сразу...
Тут-то меня и ждал настоящий сюрприз.
Ник ответил на звонок, я сквозь слезы сказала — прости, прости, я и так была не образцом стройности, а тут еще больше растолстела, начала лихорадочно расписывать свои планы по диетам и здоровому образу жизни, "пока ты не дал мне от ворот поворот"… Тут Ник наконец сумел вставить словечко и велел — ноги в руки и живо ко мне, разберемся. Заверил, что он вовсе на меня не злится, но разговор не телефонный. По-прежнему вся на нервах, я приехала к нему, а когда переступила порог, ощутила запах: он готовил ужин! Вот как раз то, что мне нужно в преддверии диеты… Он встретил меня в прихожей, обнял и велел не беспокоиться и о чем. Усадил за стол, плеснул вина в два бокала, а потом… потом мой мир перевернулся.
Сперва его слова у меня в голове не укладывались: как это так — он предпочитает стройным девушкам пышек, а еще больше — тех, которые продолжают полнеть! Так не бывает, это же… это противоречит всему, о чем твердят со всех сторон, но… Ник — вот он, и он-то не врет, зачем ему, да и я бы почувствовала… А Ник сказал, что вовсе не собирается на меня давить, чтобы я толстела ради него, но ему бы такой вариант очень и очень понравился. Ха! Можно подумать, у меня есть выбор: набрать еще пару кило, чтобы мой любимый любил меня еще сильнее — это что, сложно? Заявила вслух, что ради любимого я готова стать такой толстой, какой он только пожелает… и через две минуты он уже накрывал на стол, и настала первая моя трапеза в этой новой, может, и неправильной, но такой… притягательной жизни!
С того вечера я однозначно изменилась. Послала подальше все мысли о диетах, вычеркнула из расписания всю лишнюю физическую активность. Наврала родителям и подругам, что поврдила колено, и врач велел мне не нагружать его. На работу и обратно ездила на машине, а не ходила пешком, на обед вместо салатов и пареного гороха брала жареную картошку и бургеры. А у Ника меня всегда ждала целая гора вкусняшек, которые я могла непрестанно лопать, чем в общем и занималась.
Мой организм отреагировал на такие перемены достаточно быстро: бедра и живот с каждым месяцем становились все мягче и объемнее, а одежда, разумеется, трещала по швам, если не заменялась новой на размер или два больше, Родители пока по поводу моей растущей тушки помалкивали, хотя я и видела их взгляды, когда тянулась за очередным кексом. Мы с Ником продолжали посещать лучшие ресторации, только теперь я сознательно стремилась попробовать все! Когда я переросла очередной рабочий ансамбль, Ник купил мне новый костюм, а еще выдал одну из своих карточек, чтобы если вдруг мне захотелось покушать или еще чего-нибудь, так я не стеснялась. О да, когда у твоего парня денег куры не клюют, это определенно плюс! Курьеры с готовой едой из разных заведений проложили заметную тропинку к моим дверям, ибо сопротивляться такому искушению я даже и не думала! Соленое и сладкое, жирное и сочное, но непременно покалорийнее — таков был мой принцип при выборе блюд. Несколько месяцев, и я с трудом узнавала саму себя в зеркале… раньше бы это привело меня в ужас, а сейчас я просто подпрыгивала от восторга! Двойной подбородок, пухлые розовые щеки, какие и положены толстушке. Сиськи превратились в большие, тяжелые и очень чувствительные шары. Пузо, бледное от недостатка солнца и расчерченное растяжками — а куда ему деваться, если минимум дважды в день я объедалась до отвала, — колыхалось от малейшего движения. Покосилась на пылившиеся в углу весы, ухмыльнулась и встала на них, чуть наклонившись, чтобы прочесть цифры на экранчике — пузо, однако, мешалось. 93, высветилось там. В желудке заурчало, и я тут же схватилась за телефон и заказала очередную крышесносную порцию.
Набрать за год двадцать с лишним кило — да, нормального человека этот факт сподвигнул бы слезть с дивана, забыть про уличную снедь и срочно начать приводить себя в форму. Но я-то двигалась в прямо противоположном направлении, и ради Ника продолжала толстеть. Мы как раз переехали в новое жилье, вместе, подальше от любопытных очей моих родителей и друзей. Симпатичный домик, с собственным бассейном, причем даже с подогревом — а вокруг целая куча заведений, способных удовлетворить даже мой ненасытный аппетит. И еще я с невинным видом заметила: ой, какие тут все дверные проемы широкие, и мебель очень просторная и крепкая...
Раскрутила Ника устроить вечеринку в честь новоселья — не терпелась похвастать новым домом перед старыми подругами. Пришлось, правда, для этого выбраться и купить новое платье, в старые парадные влезть не могла. Ник для вечеринки обеспечил тонну закусок и много-много выпивки для гостей, и к тому моменту, как появились мои лучшие подруги, Эм и Аманда, я уже была навеселе. Одетая в белое облегающее платье без бретелек — все мое новооткормленное пузо и окорока напоказ, — обняла их, они попытались скрыть свое удивление от моих габаритов, а я удовлетворенно ощутила наощупь, как при объятии их тощие тельца утопают в моих мягких жирах. Несколько бокалов того-сего, мы болтали, танцевали, закусывали, Эм что-то там сказала насчет "ты в последнее время явно наслаждаешься жизнью", на что я расхохоталась и подмигнула, а после того, как все ушли, я еще часа два подъедала несъеденное, запивая то пивом, то шампанским… Утром от похмелья встать не смогла, но Ник подал мне прямо в постель двойной завтрак из "МакДональдса", а потом сам встал к плите и приготовил еще более обильный обед, так что я весь день валялась, пока вызванная Ником прислуга наводила порядок.
В новом доме Ник принялся откармливать меня еще активнее. Каждая новая трапеза, казалось, была обильнее предыдущей, и если я после нее могла самостоятельно встать, он считал, что мне не слишком понравилось. Так что я весь день валялась на диване и либо лопала, либо пыталась отдышаться, когда больше уже не лезло.
А еще он приобщил меня к кормлению через воронку и на ночь смешивал мне специальный коктейль, который я покорно всасывала, пока не отрубалась от пережора. В первый раз он просто держал воронку с трубкой у меня над головой, медленно заливая в меня липко-сладко-густую жидкость. И… меня накрыло. Сама не ожидала столь острого приступа "хочу!!!" — но испытав его единожды, ощутив, как меня распирает от изобилия жидких калорий, от самого осознания, как быстро они обратятся в новые слои жира, обволакивающие мою и так немаленькую тушку — возжелала повторить. Снова и снова. Вес рос как на дрожжах. Расплывшиеся круглые бедра терлись друг о дружку, так что каких-то пару месяцев — и я уже не могла ходить иначе как вперевалку, да и вообще куда-то идти дольше пяти минут превращалось в насилие над своим откормленным организмом.
С приближением лета, как стало потеплее, я все больше времени проводила у бассейна, валяясь и загорая. Взяла отпуск и целыми днями только и делала, что лопала и прожаривалась на солнышке. Распорядок был, как правило, такой: сплю допоздна, просыпаюсь — Ник уже ушел на работу, — выбираюсь из кровати, на автопилоте заказываю большую-большую груду снеди из "МакДональдса" или ему подобного заведения быстрого питания, накидываю на себя что-нибудь, вперевалку тащусь к дверям, забираю у курьера пакеты, плюхаюсь с ними в шезлонг у бассейна, и когда все съедено, заказываю такой же большой и сытный обед. А то, что Ник оставил мне в холодильнике, обычно уходит ближе к вечеру. О да, я обжора. И этим горжусь. Золотистые волосы, золотисто-бронзовый загар и растущие в объеме телеса, от которых Ник не мог оторваться — что заводило уже меня. Правда, сил на постельную гимнастику у меня становилось все меньше, я уже не могла долго скакать сверху, поэтому обычно минут десять — и я уже валяюсь на кровати морской звездой и просто попискиваю, а Ник вновь и вновь вторгается в мои пышные сокровища в любой угодной ему позе. Чем все это закончится — я не знала и знать не хотела, просто наслаждалась процессом.
Когда похолодало, валяться у бассейна я уже не могла и вынужденно оставалась в доме. Ник устроил мне перевод в свою компанию, опять же секретаршей — и на удаленке из дому! Сплошные плюсы: никаких тебе нудных коллег, не надо никуда ездить, а сидеть на телефоне или за компом можно при желании хоть нагишом. Ник организовал мне нечто вроде кабинета, купив специальное массивное кресло, которое свободно выдерживало мою тушку. А в шкафчике рядом, только руку протяни — запасы шоколада и печенья, ну и батарея двухлитровок шипучки, все для "профессионального роста". И я росла, да. Двадцать третий день рождения встретила стадвадцатидвухкилограммовой. Плюс пятьдесят три кило со школьных времен! При одной мысли об этом у меня внутри потеплело, и я огладила свое массивное пузо. Сегодня, я знала, ему предстоит потрудиться на славу...
И разумеется, оказалась права: на ужин Ник вытащил меня в симпатичный ресторанчик, в честь такого празника-то. Пара бокалов вина, привычно съеденные закуски — и тут Ник достал из кармана коробочку и опустился на одно колено! Кольцо! Да, конечно же, да! Я не верила собственному счастью. Страстные объятия, долгий поцелуй — а потом я порадовала Ника тем единственным способом, каким могла здесь и сейчас. Принялась за еду. Сказать, что я обожралась — это ничего не сказать, у официантов глаза были на лбу, когда после четырех основных блюд я заказала еще два десерта. По-моему, платье треснуло прямо на мне, так меня расперло. Обожравшуюся, безумно счастливую и дико возбужденную меня Ник не без труда извлек из-за стола и отвез домой, где я повалилась на диван, а он принялся разоблачать меня. Оглаживая мое вздувшееся горой пузо, он откуда-то достал коробку шоколада и принялся кормить меня — и хотя есть мне, мягко говоря, давно уже не хотелось, ради него я впихивала в себя еще и еще, зная, что от этого стану еще толще, и Ник будет еще больше любить меня. Съела все, практически отключилась, и вот тогда-то Ник стянул с меня трусики и я только пискнула, когда он вошел, резко и мощно, и я лежала и наслаждалась процессом — все равно пошевелиться не могла, если бы даже захотела.
Свадьбу назначили на следующее лето, и я продолжила ставить новые рекорды обжорства, почитай, каждый день. Всякий раз стараясь слопать чуть больше, чем физически возможно. Я стала натуральным конвейером по поглощению съестного — все ради Ника, конечно, и с его активной помощью. Завтрак сменялся чредой перекусов и плавно переходил в еще более обильный обед, и все это не вставая с кресла и не отрываясь от работы. Естественно, вес продолжал расти. Я вновь и вновь перерастала слишком тесные для моего нового разбухшего пуза и тучных бедер одежки. Обычным прикидом моим стали эластичные спортивки и безразмерные балахонистые футболки. Бюстгальтер я дома, как правило, и не надевала, позволив моему расплывшемуся пятому номеру свисать как ему будет угодно. Что они и делали, набирая в массе и объеме.
С весом и объемами моими росла и лень. Ник, признаться, вконец меня разбаловал, взяв на себя практически всю работу по дому — где сам, где с приходящей прислугой. Ну и ладно, я все равно очень быстро уставала и все больше валялась перед телевизором, поедая одну вкусняшку за другой, а он готовил для меня — а если вдруг еда заканчивалась, курьеры доставляли готовые блюда прямо к дверям. Неудивительно, что меня так распирало!
К рождеству родители возжелали видеть меня дома. Мы месяцев десять не виделись, и хотя перезванивались нередко, но это все не то, я сама за ними скучала и согласилась приехать. Ник на праздники тоже отправился к своим, так что к родителям я поехала сама. В свою машину я не садилась уже давненько и обнаружила, что пузо почти упирается в рулевое колесо — а ремень безопасности пришлось выпустить до предела. Похоже, мне скоро потребуется удлиннитель, восхищенно подумала я. А лучше сразу новая тачка попросторнее! Проехав по дороге через пару заведений быстрого питания, чтобы подкрепиться, я наконец прибыла на место. И сидя в машине, задавалась вопросом: как-то родители воспримут новую меня? Впрочем, не сидеть же так целую вечность, и я выбралась наружу и преодолела десять ступенек, что вели к апартаментам на первом этаже. Они показались мне очень высокими, к дверям я подходила, едва дыша. Тут на пороге появились родители — и выражения их лиц я не забуду еще очень и очень долго.
Предсказуемо, в общем. Учитывая, что в прошлый раз я была полегче килограммов этак на тридцать, если не на все сорок. И мама сдерживаться не стала.
— Господи, Элла, что с тобой стало? Ты же разжирела! — заявила она, окинув взглядом мою расплывшуюся тушку. Папа просто стоял с обеспокоенным видом, но смотрел на меня не менее пристально.
А я просто хотела поскорее войти и плюхнуться куда-нибудь, но мама продолжала бомбардировать меня вопросами:
— У тебя с головой вообще все в порядке? Или ты беременна? Ты знаешь, как это плохо для здоровья, столько весить?!
— Да-да, я тоже рада вас видеть, — отозвалась я.
Наконец они слегка успокоились, я наконец устроилась в кресле и мы поговорили обо всем, хотя между мной и мамой по-прежнему висело заметное напряжение. Я заметила, что она с прошлого раза слегка похудела. Ужин превратился в печальное действо: "здоровой еды" в воробьиных порциях мне и заморить червячка не хватило. Так что через пару часиков я объявила, что поехала повидаться с подругами — а на самом деле поехала поужинать нормально. В нашем городишке проехать прямо через окошко выдачи снеди — негде, пришлось звонить и заказывать из местной кафешки еду на вынос. Заказала, выбралась из машины и вперевалку потопала за едой, надеясь, что знакомых здесь и сейчас не встречу. Забрала пакеты с заказом — и в дверях столкнулась со своим бывшим парнем, с которым мы зажигали в старших классах… а он лишь буркнул "поаккуратнее, корова" и вошел в кафешку, в упор меня не узнав.
Устроилась в машине и с удовольствием расправилась с едой — большая пицца и пакет жареной картошки уютно устроились в желудке, отполированные литровой колой. Да уж, для меня теперь все, что не заполняет желудок до отказа, и едой не считается, фыркнула я, оглаживая тепло-мягкое пузо. А Адам меня и не узнал, так меня расперло… оно и к лучшему, не факт, что Элла двойных объемов ему понравилась бы. Еще раз подмигнула себе в зеркало и отправилась домой.
Зато на Рождество я отвела душу. Собиралась вся большая семья, и на стол, разумеется, накрыли по полной программе. Родственники временами на меня косились — особенно те, кто видел меня примерно пол-центнера тому назад, — а я лишь улыбалась и продолжала лопать все подряд, к вящему маминому неудовольствию. Когда пришла очередь десерта, наверное, я одна слопала столько же, сколько все остальные вместе взятые. Расправившись с полной тарелкой пудинга, пирожных и прочих замечательных сладостей, я с трудом поднялась и пошла за добавкой под прицелом многих взглядов — удивленных, расстроенных, сердитых. И снова наполнила тарелку с горкой, продолжая для них импровизированный спектакль: да, у меня не желудок, а прорва бездонная, сейчас убедитесь. Кресло заскрипело, принимая мои раскормленные окорока. Мама весь день щелкала аппаратом — фотки для семейного архива, — и застала меня врасплох, я как раз очистила очередную тарелку. Что ж, я жирная корова, Адам совершенно прав, согласна. Спать я уходила последней, прихватив с собой поднос вкусняшек. Моя старая кровать жалобно скрипнула, провисая под тяжестью моей раскормленной тушки, но заснула я не раньше, чем доела все, что принесла, привычно достигнув состояния "щас лопну". А утром перед отбытием домой интереса ради нашла свои старые весы и влезла на них. Ох, как же я выходила из себя когда-то, обнаружив, что набрала за праздники пару лишних кило! Ха! Теперь мне из-за громадного пуза и весов-то не разглядеть иначе как с зеркалом, а в зеркале отражалось, ни много ни мало, 144! Ничего ж себе, вот это я дала жару… В старом зеркале отражалась совершенно новая я, утонувшая в слоях тучного сала. Шея скрылась в подбородках, лицо пухлое как шар. И главное, мне вот ни капельки не было стыдно — лишь не терпелось вернуться к Нику, чтобы он продолжил лепить из меня свой идеал женщины! Попрощалась с родителями, они на коленях молили меня — возьми себя в руки, займись собой и сбрось вес! Попробую, ответила я и вперевалку потопала к машине.
После новогодних праздников я, разумеется, продолжала толстеть. Ник закармливал меня вкусностями — жирными, сладкими, калорийными. Я в общем не разбиралась, сколько я вообще ем — просто ела, с утра до вечера поддерживая желудок в плотно-набитом состоянии, ведь для меня объедаться теперь было абсолютно нормальным делом!
Мама выложила в Мордокнигу семейные фотки, специально перебросив мне ссылки. Лично я забила на все Твиттеры, Мордокниги и прочие соицальные сети с тех пор, как переехала к Нику, так что не сомневаюсь, кое-кто из моих прежних знакомых изрядно удивился моему новому облику. Не сомневаюсь также, что мама это нарочно — мол, авось хотя бы их комментарии заставят тебя задуматься, насколько тебя разнесло, и что-то по этому поводу предпринятью Ну… на фотках и я правда выглядела жутко толстой. Кадр "я и кузины" четко показывал, что я раза в два, если не в три, побольше любой из них — громадное пузо, расплывшиеся сиськи, массивные руки и пухлое лицо. А еще я вся раскраснелась, потому как только что без перерыва слопала три тарелки вкусняшек — они как раз стопочкой стояли рядом со мной.
Мама была права, мы с Ником очень даже задумались над этим вопросом, и кое-что предприняли. Теперь он кормил меня через воронку дважды в день, это не считая крышесносных завтрака-обеда-ужина и постоянных перекусов в промежутках. Вся моя энергия сосредоточилась в жевательных мышцах и в переваривании колоссального количества потребляемых калорий, больше сил не хватало ни на что.
А еще Ник купил мне новую машину — в старой я уже толком не могла втиснуться за руль. Зато в новой вполне хватало места развернуться даже такой обжоре, как я! С каждым днем моя тушка прорастала новыми слоями колышущегося сала. Мы с Ником думали, что после ста тридцати-ста сорока кило мне будет труднее набирать вес — так вот, наоборот, меня распирало как на дрожжах, я расплывалась вширь и была на седьмом небе от радости! Ник получил то, что хотел: вконец разжиревшую меня, полностью разделяющую его фантазии о том, чтобы раскормить меня еще больше. Даже не знаю, кого из нас больше возбуждали мои безразмерные телеса и беспредельный аппетит. Все ради Ника. А уж когда он заливал в мой раздувающийся желудок литр за литром сладкого коктейля, так что я потом даже икать от сытости не могла...
Несколько месяцев спустя мои старые подруги, Эм и Аманда, наконец уболтали меня встретиться в живую и посидеть в нашей старой кафешке "как в школе". Втиснулась в авто и поехала, трижды перекусив по дороге в "МакДональдсах". Припарковаться у кафешки не смогла, пришлось оставить машину в соседнем квартале. Подруги уже прислали сообщения "мы тут, ждем", а я все ползла эти несчастные двести метров, обливаясь потом, мое пузо и заплывшие салом бедра ходили ходуном. И вот наконец ввалилась в помещение, увидела подруг и вперевалку потопала прямо к ним. Они, уверена, дар речи потеряли, осознав, во что превратилась их лучшая подруга, но у меня все мысли были только о том, чтобы присесть. Плюхнулась на скамейку — хлипким стульям я не доверяла, — и наконец смогла перевести дух.
— Господи-Исусе, Элла, что с тобой случилось? Ты же поперек себя шире! — воскликнула Эм.
— Это точно, так раскоровела, — вставила Аманда.
— А, пустое. Много работы, и еще Ник — в общем, так потихоньку и набрала, — отозвалась я.
Эм, фанатка фитнесса, со школьных лет ничуть не изменилась. Аманда пару кило набрала, но в сравнении со мной это не в счет.
— Потихоньку? — чуть не вскипела Эм. — Ты же когда вошла сюда, вся багровая от натуги была, с таким весом невозможно быть здоровой, ты хоть чем-нибудь занимаешься, кроме как сидишь и жрешь?
Спорить с этой фанаткой я не собиралась и холодно отрезала:
— Ты себе что хочешь, то и думай, а мне лекции читать не надо. Не для того я сюда приехала.
Подействовало — заткнулась сразу! После того, как эту тему из разговора вычеркнули, стало заметно легче. Правда, Эм заказала себе крохотную тарелочку салата — это она мне назло, что ли? Ну так я ей назло взяла себе две самые большие порции жареных ребрышек, сразу сказав "не парьтесь, стол с меня". Правда, порции здесь действительно оказались немаленькими, в плане съедала-то я в один присест и побольше, а вот выбраться после этого из-за стола сразу не сумела. Лишь с третьего раза. Аманда даже заботливо так спросила, все ли со мной в порядке — все в норме, отозвалась я, рывком перекатываясь в вертикальное положение, ох, бедные мои коленки. Сказали друг дружке "до встречи", обнялись на прощание — ну, меня обнимать им нужно было вдвоем, — и я потихоньку поползла обратно к своему авто, прикидывая, что бы такое взять в ближайшем "МакДональдсе", чтобы не проголодаться, пока еду домой.
Свадьба была роскошной и пышной, и не сомневаюсь, многие поразились моим габаритам, увидев, как я с трудом шествую к алтарю. Эм и Аманда уже не спрашивали, какой я нынче ношу размер, просто моргали круглыми глазами. Мама была вся на нервах, только и выдавила "пожалуйста, попробуй все-таки сесть на диету" — ага, конечно, щас. Но в остальном все было великолепно!
А дальше дни и месяцы слились для меня в сплошной обжорный марафон. Я в основном валяюсь в кровати или сижу на диване, и объедаюсь до отключки. Ник решил, что работа дурно влияет на мое питание и пищеварение, и избавил меня от этой обязанности, так что будни от выходных у меня теперь отличаются очень мало. Вылезаю из кровати примерно к половине одиннадцатого, плюхаюсь на диван в окружении горы снеди, включаю телевизор или приставку — и начинаю лопать. Завтрак, второй завтрак, обед, полдник — все это сливается в сплошную череду вкусняшек, конвейером перетекающую в мой безразмерный желудок, порой от пережора я отрубаюсь прямо там, а проснувшись — продолжаю там же, где остановилась. Сколько я способна слопать за день, сама поражаюсь. А потом поражается Ник, ибо какой бы величины ужин он ни задумал для меня — я неизменно сметаю все и требую добавки, даже когда дышать уже не могу. Неудивительно, что толстею как проклятая.
Я действительно стала горой сала. Пузо выплескивается передо мной колышущимся океаном жира, с которым я неустанно играю, продолжая лопать. Большое, бледное, мое, оно тяжело свисает промеж моих громадных раздвинутых бедер на кровати или на диване. Я даже дотянуться до нужных местечек и самостоятельно разрядиться не могу, так разжирела, поэтому весь день на взводе объедаюсь еще активнее и жду, пока вернется Ник и позаботится обо мне еще и в этом плане. В постели я теперь могу только лежать и пищать, пока он делает с моими расплывшимся телесами все, что пожелает — двигаться самой эти самые телеса толком и не позволяют. Я от дивана до кровати едва перемещаюсь, что уж говорить обо всем прочем!
С мамой и папой мы общаемся только по телефону. Они рады, что я счастлива, но продолжают повторять, что мне нужно сбросить вес. Мама даже заявила, что это все Ник виноват, мне нужно уйти от него, это-де он меня раскормил, ведь видно же! На что я велела им заткнуться, и если хотят и дальше общаться со мной, чтобы я больше такого не слышала. Через некоторое время позвонила маме на Скайп, включив камеру, по ней было видно, как ее выводит из себя вид невероятно разжиревшей дочери — но отдаю ей должное, слова не сказала. После разговора на меня напал жор и я вынуждена была ползти на кухню, а потом обратно на диван, бедные мои коленки, держать такую тяжесть. Зато потом отвела душу, отрубившись от пережора прямо там.
Трудно поверить: всего четыре года назад я бегала на нетболльной площадке и пыталась считать калории, чтобы не поправиться. А теперь я колоссальная гора жира, практически беспомощная и едва способная передвигаться. Да, многие, наверное, думают, что это Ник сотворил со мной — нет, в конечном итоге все это с собой сотворила я сама. И обратного пути — нет.

3739 просмотров

Рейтинг: +1 Голосов: 1

Видеоролики по теме

Комментарии